Лекаремы
Точка
18.07.2017
Лекаремы
Арена
18.07.2017
Показать все

Штамм

Лекаремы

— Вот ведь как странно получается, — задумчиво сказал Ярошевский. – Все призовые места в истории сплошь заняты убийцами и разрушителями. Я уже не говорю про Чингизхана. Даже какой-то Герострат, и тот живёт в крылатом выражении. А созидатели всё ютятся по углам или вообще безвестны.

— Гитлера знают все, — кивнул Немиров. – А спросите, кто дал человечеству генератор переменного тока или построил Кремль, так не каждый вспомнит.

— Похоже, построить Освецим и Майданек, это более надёжный пропуск в историю, — заметил Ярошевский. – Чем построить дом, насадить сад и вырастить сына.

— Который, всё равно умрёт, — усмехнулся Немиров. – И хорошо, если перед этим пару раз навестит вашу могилу.

— Никто не помнит изобретателя плуга, колеса или мотыги, — озадаченно продолжал Ярошевский. – А Джек-Потрошитель, Дракула и бандит Робин Гуд стали персонажами легенд и фольклора.

— В современных интерпретациях, — меланхолично добавил Немиров. – Это Диллинджер, Дон Корлеоне, Бонни и Клайд. В русской культуре с этим слабо. Однако, отечественный кинематограф быстро навёрстывает упущенное. Ни в истории, ни в мировой культуре, нет места для рабочих пчёл. Никому не интересно, сколько породы наковырял шахтёр своим отбойным молотком. Но, бросьте гранату в торговый центр, — и сразу станете звездой.

— Людям нравятся кровь и потроха, — неохотно согласился Ярошевский. – Почему это так?

— Потому, что человек разрушитель по своей природе, — ответил Немиров. – Он вообще чужд всему живому. Включая самого себя. Каждое живое существо на планете является звеном в цепи симбиотических связей. Бабочка берёт сок цветка и переносит его пыльцу. Птица клюёт ягоду и переносит семя. Волк – санитар леса. Планктон – санитар океана. И пища других его обитателей. Человек, это паразит в планетарном организме. Он берёт, ничего не отдавая взамен. Кроме ядов своего существования. Он абсолютно не приспособлен к естественным условиям Земли. Чужой. Поэтому, он вынужден распространять искусственную среду своего обитания на всю планету. Планомерно убивая её.

— Ну, можно ведь и создать «город-сад», — осторожно заметил Ярошевский.

— Это уже перекликается с религиозной утопией, — усмехнулся Немиров. – В рамках которой, Бог дал человеку власть над всеми живыми существами. Только Бог ли это? Ведь для того, чтобы насадить «город-сад», надо распахать всю планету. Уничтожив среду обитания, естественную для аборигенных живых существ. Леса, степи, пустыни, болота. Сравнять с землёй горы. Опреснить воду океанов. Сделав её пригодной для другой формы жизни. Провести полное терраформирование. Подготовив Терру для прихода чего-то иного.

— Ужас какой, — упавшим голосом, произнёс Ярошевский. – Для чего?

— А куда Бог изгнал человека? «Во тьму кромешную», — ответил Немиров. – Откуда изгнал? Из Рая. Для чего? Для работы «в поте лица своего». Вот человек и работает. Подготавливает второе пришествие для Бога. Строит Новый Иерусалим, Град из Драгоценных камней. Или как там ещё называется? Земной Рай. Для праведников, уцелевших в борьбе с существованием. Где они и получат вид на жительство. В качестве полноценных гастарбайтеров в Саду Господнем. После отсева лишнего материала.

— Вы же не можете говорить это всерьёз? – Неуверенно улыбаясь, спросил Ярошевский. – Это же просто какая-то манга японская, сумасшедшая…

— Конечно, нет, — легко ответил Немиров. – А Майданек, Освецим, Хиросима и СПИД, — это всерьёз?