Лекаремы
Крепкая власть и свободная воля
19.07.2017
Лекаремы
Сны
19.07.2017
Показать все

Пустота

Лекаремы

Разбрызгивая грязь, чёрный автомобиль мчался к снежным вершинам.
— «Этот мощный, агрессивный внедорожник, — выражение вашей индивидуальности!» — Звучал глубокий мужской голос. И, закрепляя аудиоряд, та же фраза алыми буквами вспыхнула из глубин телеэкрана.
— Каким образом, спущенный с конвейера автомобиль может быть выражением моей индивидуальности? – Удивлённо спросил Ярошевский.
— Как 3 пары лапок у таракана, — усмехнулся Немиров. – Без набора статусных предметов, вы даже не таракан.
— Я понимаю ваш сарказм, — кивнул Ярошевский. – Но человек, не насекомое.
— А кто? – В свою очередь, удивился Немиров. – Если вы ходите как утка, выглядите как утка и крякаете как утка, — вы утка. А если у вас нет соответствующего дресс-кода и умения громко крякать, — вы вообще никто.
— Вы преувеличиваете социальные условности, — заметил Ярошевский.
— Условности? – Немиров поднял брови. – Это начинается уже в школе. Вам продают индивидуальность вместе с популярностью, как кусок мыла или аккаунт в интернете. А потом какая-то тусовщица или боксёр становятся депутатами парламента. Они же пишут для вас законы, обязательные к исполнению.
— Это демократия, — развёл руками Ярошевский. – Если не крякать громко и не размахивать кулаками, то кто про вас узнает?
— А что? – Осведомился Немиров. – Лучше познавать по плодам их? Когда они падают вам на голову из рук певицы ртом или дебила, которого всю жизнь били по голове?
— По-вашему, — парировал Ярошевский. – Доярки и шахтёры в совковом парламенте были лучше?
— Они ни черта не понимали в управлении государством, — согласился Немиров. – Зато хорошо знали, что нужно дояркам и шахтёрам. Поэтому и могли вставить свои 3 копейки в голосование законов, выдвинутых профессиональными политиками. Где эти политики сегодня? Что может знать о нуждах народа какой-то дилер или медийный персонаж?
— Мы начали с пустой рекламы, — рассмеялся Ярошевский. – А вышли на глобальные проблемы.
— Глобальные проблемы, — вздохнул Немиров. – Начинаются с пустой рекламы. Из крошки дерьма, попавшей в лапки таракана выползает Ельцин на броневике. Со всеми вытекающими отсюда кровавыми последствиями.
— Я понимаю, вы не любите Ельцина, — кивнул Ярошевский. – Но причём здесь демократия?
— Демократия, — это худшее, что может быть для народа, — ответил Немиров. – Демократия, — это всегда кучка аферистов, дебилов и предателей, которые называют себя народом. Она продажна как реклама и столь же несостоятельна, как школьная популярность или автомобильная индивидуальность. Чтобы народ был счастлив, государство обязано быть сильным.
— Как при Иосифе Грозном? – Поморщился Ярошевский.
— Диктаторы никогда и нигде не трогали свой народ, — сказал Немиров. – Даже Гитлер этого не делал. Пётр и Грозный Иван вешали на воротах бояр. А Сталин гноил в Гулаге бесноватых коммунистов-революционеров из своего окружения. Последнего царя свергли придворные, а не народ. Советский Союз развалила его гнилая верхушка, а не американский империализм. Чтобы народу было хорошо, государство обязано быть самодержавным. Для этого нужна несменяемая национальная элита. А не пьяные клоуны и базарные торговцы. Иначе, страна превращается в майдан, где барыги торгуют этим народом, как скотом. Разве не видели?
— Один профессиональный политик и лорд впридачу, — задумчиво произнёс Ярошевский. – Как-то заметил, что лучше демократии пока ещё ничего не придумали.
— Этот лорд происходит из страны, — усмехнулся Немиров. – Где уже 300 лет железной рукой правит несменяемая элита. А народ живёт вполне себе благополучно, забавляясь демократическими цацками и молясь на свою королеву. Эта страна, на протяжении веков продолжает оставаться центром мира. Повсеместно насаждая племенную демократию для варваров. Демократия тупых российских либералов, — это каменный век, до возникновения денежных отношений. Их «свободный рынок», — это дикий майдан, где обменивают шкуры животных на зеркальца и бусинки. В цивилизованных странах работает плановая экономика, управляемая из центра. Мы живём в англо-саксонском мире, вы не заметили? Где Соединённые Штаты, — это просто красивый ящик с инструментами для Британской империи. Отличие Британской империи от Русской в том, что Британия, — это изначально нищий и бесплодный островок в Северном море. А Россия самодостаточна, это гигантские пространства, набитые всеми сокровищами земли. Поэтому, цивилизация англо-саксов, — пиратская изначально. А русским никогда не было смысла грабить кого-то, кроме самих себя. Вот почему, Россия, — это территория War Craft, вечной зимней войны. Она рождает и святых и чудовищ. Вот почему, её никто никогда не смог завоевать. Либеральная идея здесь, — это вша под мехом у волка. Она может заставить зверя рвать на себе шкуру от злости, но не способна сделать из него домашнюю собаку. Эта территория никогда не примет ростовщика, а только военного вождя, — Императора.
— Красиво сказано, в духе русофильских фэнтези, — усмехнулся Ярошевский. – Но вы забываете про международную кооперацию.
— А вы забываете, чем эта кооперация обернулась для Советского Союза, Варшавского договора и СЭВ, — ответил Немиров. – В дружную семью европейских народов Новую Россию так и не приняли. Несмотря на ужимки местных либеральных гениев и плач диссидентов. По факту, — обходимся своими силами. По ходу, — обрывая цепи, которыми Запад приковал нас к тонущей галере своей экономики.
— Чучхэ? – Усмехнулся Ярошевский.
— Именно так, — твёрдо сказал Немиров. – Самодержавие и самодостаточность на всех уровнях. Быть, а не казаться. Ориентироваться на реальный продукт, а не на призрачный ВВП. На территории War Craft такой рынок сбыта, в котором без следа утонет всё мировое производство. Но сегодня мы даже трусы покупаем за бугром, обогащая англо-саксов полновесным золотом своих недр. Образом силы становится какая-то драная импортная тачка, а сопливая школота ищет популярность, выкладывая в интернет видео с избиением слабых и мучительством животных. Русский народ нельзя уничтожить силой, но можно уничтожить слабостью. Северные корейцы уже 70 лет противостоят всему гнилому западному миру. Потому, что у них есть главное, что может быть у человека и народа, — сила духа. Жить с достоинством, умереть с достоинством и уйти к предкам, а не в грязь, — вот, что главное. Без такого стержня и человек и народ превращается в кучу мусора. На Руси бесполезно призывать к единству, здесь его никогда не было и не будет. На Руси надо призывать к территориальному инстинкту, к крови и почве, к мечу и плугу, — а не «быть успешным бизнесменом». Мы можем стать успешными бизнесменами. Но мы перестанем быть людьми и народом.
— Это сильно смахивает на фашизм, — Ярошевский предостерегающе поднял палец.
— В мире есть только 2 идеи, — пожал плечом Немиров. – Национальная и либеральная. Вам выбирать.