Лекаремы
Мистериум доктора Сатановского
19.07.2017
Лекаремы
Не то
19.07.2017
Показать все

Натюрморт цвета осени

Лекаремы

Небо было исполнено голубизны, которая случается лишь ясным, осенним днём, в преддверии зимы. Сквозь прозрачный воздух медленно падали листья, как золотые блёстки в волшебном кристалле, пронизанном лучами солнца.
По дорожке тихого парка шли мужчина и девушка. У мужчины были серебряные виски и сардоническая складка в углу бритого рта. На юном лице девушки сияли голубые глаза и улыбка, в рыжих волосах запутался осенний листок.
— Старый грач умирал в осеннем саду, — сказал мужчина, со слегка наигранной грустью, — Заносимый жёлтыми листьями
Комочек чёрных перьев на ветру
Прощался с жизнью.

Ветер раскачивал ветви деревьев
Морщил поверхность луж
Грач топорщил мокрые перья
Жалок и неуклюж…

Мужчина замолчал.
— Ну и… — спросила девушка, — Что дальше?
— Он умер, — улыбнулся мужчина, — Дальше всегда одно и то же.
— Ты пессимист, — девушка коротко сморщила веснушки на носу, — Ты влюблён в смерть.
— Я влюблён в жизнь, — возразил мужчина, — Потому, что над ней сияет звезда смерти. В луче собственной смерти жизнь становится ярче.
— В луче смерти слишком большое напряжение, — девушка мельком, как от боли, приоткрыла алые губы.
— А зачем нужна вялая жизнь? – Мужчина взял из её волос осенний листок, покрутил его в пальцах и упустил на землю.
— Чтобы дольше ею наслаждаться, — ответила девушка.
— Стремясь к наслаждениям, человек приближает смерть, — усмехнулся мужчина, — Иногда эта дистанция бывает очень короткой. Я имел все мыслимые наслаждения. И не получил ничего, кроме истрёпанного сердца и склонности к алкоголизму. Другим везёт меньше. Они гибнут сразу, — за деньги, на которые хотят купить рай.
— Ты перечисляешь собственные пороки и чужие глупости, — недовольно сказала девушка.
— Мой самый дорогостоящий порок, — это ты. А твоя самая большая глупость, — это я. Поэтому, я умру счастливым, а ты, — умной, получив в наследство весь ад моей мудрости!
Мужчина расхохотался.
Двое солидных господ, идущих впереди, обернулись.
— Боже ж ты мой, Аркадий! – воскликнул один из них, вздымая руку, с висящей на ней тростью, — И после многих вёсен…
Улыбаясь, они пошли навстречу друг другу и сошлись на узкой дорожке, меж высоких кустов, обагрённых кровью осени, — два господина в кашемировых пальто, мужчина с седыми висками и рыжеволосая девушка.
Девушка не заметила, как мужчина сунул руку в задний карман. Когда он выбросил руку вперёд, она подумала, что её спутник, несколько импульсивно, протягивает руку для рукопожатия. Но господин с тростью вдруг согнулся и издал странный звук. Мужчина сделал ещё одно неуловимое движение – и второй господин посерел лицом. Девушка увидела нож только тогда, когда он мелькнул в сторону одного горла, потом другого – по блеску.
— Уходим быстро и спокойно, — сказал мужчина, беря её под руку.
Через полчаса они сидели за столиком уличного кафе, ещё не убранного с тротуара ввиду погожей осени. Рядом с рукой мужчины медленно опустился лист каштана.
— З-зачем ты это сделал? – зубы девушки звякнули о тонкое стекло, золотое аи качнулось в бокале.
— Затем, что не оставляю за спиной долгов и не отпускаю ни одной пощёчины, — сказал мужчина. – Не думаю, что тебе это интересно, но много лет назад, я ехал в такси с одним из тех господ и дамой. Был в стельку пьян. Не глядя на моё свинское поведение и состояние, дама казалась увлечённой мною более, нежели своим джентельменом. Тогда, молодой ещё, джентельмен, решил продемонстрировать даме свои понятия о чести. Он предъявил мне какую-то абсурдную претензию, которой я даже не запомнил, после чего ударил по лицу. В моём удручённом состоянии я не мог руки поднять, не то, что защититься. Случилось так, что после того, как меня выкинули возле дома, мы больше никогда не увиделись.
— А при чём здесь второй? – спросила девушка.
— Совершенно ни при чём, — усмехнулся мужчина, — Просто оказался не в то время, не в том месте. Не мог же я оставить его за своей спиной. И твоей тоже.
Девушка оглянулась через плечо.
— Не оглядывайся, принцесса, — мягко сказал мужчина, — Гордо смотри вперёд. Никто не позволит себе заподозрить принцессу в чём- то неблаговидном, даже если она уронила подвязку или прокладку. Я не позволю. Ни одна капля крови не упадёт на твою белоснежную туфельку, пока ты пьёшь вино жизни, не спрашивая о цене.
— Ты страшный человек, — сказала девушка.
— Я живу в луче собственной смерти, — ответил мужчина, рассматривая бриллиант на своём мизинце, — Его напор отбрасывает всё ничтожное, как пыль. И обнажается улыбка, таящаяся под кожей лица. Я обнажён перед тобой и иду по жизни легко, играя всерьёз. Пойдём вместе, нас никто не догонит, — он протянул ей руку, — Вставай! И выше подними голову, в этом городе ещё много мест, где прячется от тебя наслаждение.