Лекаремы
Твоя киска в зоне риска
18.06.2017
Лекаремы
Bussy bees
18.06.2017
Показать все

Маленькие, злые глазки

Лекаремы

— Эволюция продолжается! – Жизнерадостно сказал Ярошевский, рассматривая какую-то картинку в журнале. – Акселерация жмёт! Скоро мы все достигнем уровня Супермена.

— В эволюции побеждает не самый красивый, — ответил Немиров, с удовольствием затягиваясь сигарой. – А самый быстро приспособляющийся и мало потребляющий. У голубоглазого блондина двухметрового роста нет шансов против маленького, узкоглазого, кривоногого аборигена. В тяжёлой ситуации Капитану Америке просто не хватит воды и пищи под свой размер. Который делает его вдобавок прекрасной мишенью.

— «Золотой» миллиард владеет технологиями, — внушительно заметил Ярошевский. – Копьё не потянет против лазера.

— Никакие технологии не могут спасти супермена, вырощенного в пробирке, от окружающей среды, — усмехнулся Немиров. – Человек, — это часть биосферы. Он фатально зависим от воздуха, воды, огня и земли. Технологиями можно уничтожить пару миллиардов маленьких, узкоглазых, кривоногих туземцев. Можно укрыться под каким-нибудь силовым куполом. А дальше что? Человек не может делать воздух. Не может делать огонь без воздуха. Не может делать воду без воздуха и огня. Не может делать пищу без огня, воздуха, воды и земли. Супермены сожрут друг друга под своим куполом. Купол треснет. И придут маленькие, злые, кривоногие туземцы.

— Вы что же, прогресс отменяете? – Угрожающе спросил Ярошевский.

— Нет прогресса, — небрежно ответил Немиров. – Есть круговорот элементов в природе. Эволюцию нельзя отменить. Земное тяготение можно преодолеть на время. Но, всё преодолевшее, упадёт на землю.

— Есть другие планеты, — огрызнулся Ярошевский.

— Переселение на другие планеты, это такой же опиум для народа, как переселение в Царствие Небесное, — отмахнулся Немиров. – Наука и религия шагают в ногу. Вам расскажут сказки о том, что это возможно, и кто-то уже переселился. А вы будете таращиться в небо, вместо того, чтобы смотреть на землю под своими ногами. И спотыкаться о все камни на своём земном пути. Цивилизации спотыкаются о войны, кризисы и регулярное самоуничтожение. Частный человек спотыкается об ошибки цивилизаций, забывая жить.

— Неправда, человечество идёт вперёд! – Горячо возразил Ярошевский. – Через тернии, к звёздам!

— Какое вам дело, есть ли жизнь на Марсе или Бог на Небесах? – Вздохнул Немиров. – Но, если вам не интересно, зачем и куда вы идёте по этой земле, — вами легко управлять. Через инопланетян, Бога, апокалипсис, политику, науку и религию. Религия указывает путь в Царствие Небесное. Наука указывает путь за горизонт, которого не существует. Обогнув планету, вы вернётесь в точку исхода. Если по пути вас не настигнет точка невозврата. Те, кто руководят исходом в Землю Обетованную, всегда приводят в одно и то же место, — в пустыню реальности. А когда человек начинает озираться в поисках Бога, гида или хотя бы туалетной бумаги, — он обнаруживает, что маленькие, злые, кривоногие аборигены уже воткнули ему копьё в гузно и поджаривают на костре.

— На дворе не каменный век, — поморщился Ярошевский.

— А борьбу за существование никто не отменял, — ухмыльнулся Немиров. – Она вполне физическая, как и всё в этом мире, а не находится в сфере духа или высоких технологий. Побеждают те, — кого много. Те, что размножаются под солнцем. Самые приспособленные, выживающие в любых условиях. А не те, кто отдал свою жизненную силу на откуп гаджетам и приспособлениям. «Золотой» аврамический миллиард уже издыхает и редеет под своим куполом. Сколько он ещё сможет продержаться под напором 6, 7, 8 миллиардов, — маленьких, злых, кривоногих туземцев? Он может выиграть локальные войны. Но он не может выиграть войну с биосферой. Он уже не её часть. Он чужой.

— То же самое можно сказать обо всём человечестве, — с усмешкой, заметил Ярошевский.

— Нет, не обо всём, — возразил Немиров. – Организм человечества разделился на здоровые и раковые клетки. Но в любом человеческом сообществе есть здоровые и раковые особи. Мне нет нужды паразитировать на людях или на обществе. Мне нет дела до Бога, чёрта, социальных лифтов и социальных помоек. Я свободно обхожусь без пармезана, «мерседеса» и Таиланда. И приспособлюсь к  любым условиям, потому что всю жизнь и жил в любых. Если надо, — достану автомат, сделаю каменный топор и выживу. Если захочу. А если не захочу, — то и не стану выживать. Я вполне самодостаточен и в своей жизни и в своей смерти. Люблю кубинские сигары, но могу и самосад вырастить. Я не зависим фатально ни от роскоши, ни от нищеты.

— И от человечества, — саркастически кивнул Ярошевский. – И до людей вам нет дела?

— Мне есть дело до человечества и до людей, — ответил Немиров. – Но у меня нет зависимости от них. Я не болею амбициями и желанием ненужного, —  поэтому, у меня есть всё. Я вполне средний, нормальный, здоровый человек. Как и большинство в обществе, в котором я живу.

Немиров рассмеялся:

А не часть неоперабельной раковой опухоли в чужом организме!