Лекаремы
Апотропейный старик
19.07.2017
Лекаремы
Железный Феникс
19.07.2017
Показать все

До седьмого колена

Лекаремы

«Рисуй проклятие с любовью и знак коварнейший выписывай пристрастно».
Какой-то средневековый гад.

Катерина шла по оживлённой улице, не замечая ничего живого. Кто-то, глянув ей в лицо, уступал дорогу, кто-то небрежно толкал, она не чувствовала. В её сознании зияла пустота. Но, если из пустоты могли бы всплыть слова, то они были бы такими:
Тварь. Подонок. Сколько улыбок, нежных объятий, цветов, обещаний. Стихов. Бессонных ночей. Планов. Вор времени жизни. Козёл душный. Пидор гнойный.
Её взгляд остановился на дубовой двери с табличкой. В пустые глаза проникли буквы слов:
Гиниевра.
Гадание. Приворот. Отворот. Заклятье.
Беседа по душам.
Она толкнула дверь.
В темноватой комнате сидела за столом женщина лет 50-ти. Пышная грива её чёрных волос резко контрастировала с худым лицом в глубоких морщинах. Одета во что-то по-цыгански яркое, цветное.
Гадалка указала на кресло перед столом:
— Деньги? Удача? Любовь?
— Проклятье, — разлепив сухие губы, сказала Катерина. – До седьмого колена.
Гадалка вскинула брови, по-обезьяньи сморщив высокий лоб:
— Фото? Волосы? Кровь? Сперма? Кольцо?
Катерина выбросила из сумки на стол фотографию.
Она и Костя в обнимку под пальмой, на лицах счастливые улыбки.
Гадалка потянула из стола ножницы:
— Придётся разделить.
И аккуратно разделила Катю и Костю на разные части.
— Сколько платить? – Безразлично спросила Катерина.
Гадалка бросила ей в лицо чёрный взгляд:
— Сколько захочешь.
Катерина застыла в кресле.
Гадалка забормотала что-то, стискивая фотографию в комок, сминая Костину улыбку. Речь её была нерусской, непонятной, но в ней прослеживалась система и звучала злость.
Потом она расправила жёсткую бумагу, поднесла её к огню свечи, бросила оставшийся клочок в медную тарелку. Клочок догорел.
Гадалка схватила тарелку и дунула пеплом в лицо Катерине:
Всё.

— « Всё, всё!» — Мысленно кричал Костя и стучал кулаком по рулю автомобиля. – «Больше никогда!»
Но лицо Кати вставало у него перед глазами, проступало на лобовом стекле.
Он резко развернулся на пустой дороге и погнал автомобиль назад, в город. Он больше не мог без неё.
Катерина качнулась у двери своей квартиры. Проскрежетал замок. В прихожей, её вдруг пронзила боль внизу живота, как удар ножом. Вскрикнув, она упала на пол. Второе, проклятое колено распрямлялось внутри неё.
Костя гнал машину, бессознательно нажимая на газ. Быстрей, быстрей! В лучах фар внезапно возник бензовоз. Костя ничего не успел. Удар. И вспышка поглотила его любовь.
Катя уже не дышала, в луже остывающей крови. Проклятое колено ещё билось внутри её. Тише. Тише. И затихло совсем.