Лекаремы
Я
11.07.2017
Лекаремы
Prostitutio
14.07.2017
Показать все

Belles lettres

Лекаремы

— Искусство слова мельчает, — Ярошевский со вздохом бросил на стол книжицу какой-то писатессы. – Стилистика на уровне бордюра и смысла ноль.
— Слова в беллетристике, это только фон, декорация, — сказал Немиров. – Они служат лишь для того, чтобы заставить соучастника текста ждать и волноваться. Читатель становится соучастником тогда, когда текст отвечает внутреннему содержанию читателя. Я не могу стать соучастником женского романа, потому что я не женщина. Я не могу стать соучастником Пьера Безухова, потому что я не Пьер Безухов. Но я плачу в финале «Ромео и Джульетты», не являясь ни Ромео, ни Джульеттой. Почему это так? Потому, что этот финал задевает меня на глубинном, эмоциональном уровне, вне слов. Я могу прочитать, могу увидеть на сцене или на экране, — не имеет значения. Слова, это декорация, внутри которой разворачивается смысл, который не надо искать. Он уже присутствует во мне. Вот почему, не бывает произведений искусства, — для всех. Я могу плакать, а мой сосед по кинозалу будет смеяться. Произведение любого искусства, — это зеркало. Зеркало, — ваш лучший друг. Когда вы плачете, оно никогда не будет смеяться. Вот почему, произведения поп-культуры, это вообще не произведения искусства. Это способ настройки масс на одну волну. Миллионы людей смеются, когда звучит смех за кадром. Миллионы людей плачут, когда надо плакать. Миллионы людей приходят в ярость, когда надо испытывать ярость. Миром владеет не тот, кто владеет информацией или деньгами. Гитлер заставил миллионы людей делать страшные вещи, не потому, что он им платил. Исламский Халифат собрал вокруг себя миллионы, не потому, что владеет какой-то особой информацией. Миром владеет тот, кто владеет эмоциями. А самая страшная эмоция, — это отсутствие собственных. Самое страшное в жизни, — это благодушие, основанное на привычке к роскоши. Когда вы привыкли к роскоши, вы уже не способны получать удовольствие от жизни. Тогда вы примите любой суррогат, который вам навяжут. Вы будете глотать «экстази», смотреть «стэнд-ап шоу», собирать «лайки» и прыгать с моста, привязав к ноге резинку. Вы придёте в ярость, когда кто-то махнёт цветным флажком, и кинетесь бить «жидов», «коммунистов», «фашистов», «ватников» или «черномазых». Посмотрите на современное европейское искусство, — это сплошная синтетическая наркота для сознаний, уставших жить. Это кусок фанеры, к которому прибиты презерватив, лежалая сосиска, рулон туалетной бумаги и написано слово «fuck».
— Ну, и кто же правит бал в этом мире декаданса? – Удручённо произнёс Ярошевский. – Если Шекспир и Бог уже умерли?
— Один умный циник, — усмехнулся Немиров. – По фамилии Черчилль, почти герцог Мальборо. Как-то, сказал: «Люди, которые читают книги, всегда будут править людьми, которые книг не читают». От себя добавлю, — Немиров широко развёл руками:
Люди, которые читают Шекспира и «Песнь песней», всегда будут подавать команды «сесть-встать» людям из аудитории «стэнд-ап шоу».